О, женщины!..

Во-первых, ничего общего с одноименным фильмом сие не имет.
Во-вторых, тут пока только пролог. Потом попоплятсья будет, если мне не лень будет.
В-третьих, текст сырой, не правленный.

О, женщины!..

Пролог.

Отважный граф Кристоф буквально сгорал от нетерпения.

Он возлежал на огромной кровати, с шелковыми одеялами и подушками, медленно потягивал прославленное аэрутское вино и, наконец, ждал её. Самую прекрасную женщину Севера, княжну Алану. Ещё ни одному мужчине не выпадало такого счастья, лежать вот здесь, в покоях княжны, в предвкушении сладостной ночи.

Кристоф улыбнулся, определенно, сегодняшняя ночь будет самой чудесной из всех, которые он прожил. От этой мысли графу стало ещё приятнее, и он постарался улечься как можно удобнее.

Время текло неторопливо, но не предвкушение ли важнее всего?..

Время всё так же, не спеша, текло, а княжны всё не было…

Кристоф в нетерпении ерзал на постели, не зная толком, что и предположить, и куда подевалась милая Алана.

- Черт бы её побрал, - втихую выругался граф, вставая с кровати. – Так и…

И тут дверь в спальню княжны отворилась, и на пороге стояла Она, во всём своем величии.

«Какое-то нехорошее у неё величие», - промелькнула у Кристофа мысль.

- Скотина! Урод! Подонок!

Кристоф пятился, не совсем понимая, к нему ли обращается княжна. В свою очередь, та упрямо двигалась на графа, в руке у неё зажата была рапира.

- Ублюдок! Обманщик! Враль! Сукин сын! – визжала разъяренная Алана.

Кристоф всё также продолжал пятиться, впрочем, пытаясь выяснить, чем вызван гнев княжны.

- Милая, что с тобой? Что случилось?

- Милый, ты оказался свиньей! – Алана попыталась проткнуть графа рапирой, но тот кое-как успел заскочить на кровать, где вооружился подушками. – Кабель!

- Сама дура, - подушка полетела в княжну.

- Ах, ты! – раскрыла свой клювик княжна, и ещё одна подушка тотчас прилетела в её прелестное личико.

- Милая, давай успокоимся, и решим всё в мирной обстановке... Ай! Рапирой, рапирой не надо!..

- Я сделаю так, что ты больше никогда не сможешь шляться по девкам! Кастрат недорезанный!

Кристоф мысленно похвалил княжну за своеобразный эпитет, одновременно пытаясь уворачиватся от неловких уколов рапиры княжны.

- Черта с два, княжна!

- У-у-у-у! Как же я хочу тебя убить! – вопила Алана.

Незадачливый поединок между графом и княжной переметнулся за пределы опочивальни.

- Рука не поднимется!

- Что-о-о?! Сейчас мы это посмотрим!

- Ай-яй-яй! Больно! Ладно-ладно, поднялась! – верещал Кристоф, ухватившись за свой уколотый зад. – Сдаюсь, сдаюсь!

И, тем не менее, Алана всё наступала и наступала, махая рапирой, отчего падали и бились вазы, рвались тяжелые портьеры на окнах.
- Я тебя четвертую, гад, - пообещала княжна. – И на кол посажу.

- Милая, может, ты всё-таки объяснишь мне причину своего плохого настроения?! Может, у тебя мама заболела, или что-нибудь… женское?

- Господи, да ты сам всё знаешь! Не оправдывайся, щенок!

- Я в недоумении, дорогая!

- Ха, ха и ещё раз ха! – укол, но мимо. – Ба! Да передо мной самый знаменитый похотливый любовник северных княжеств!

Кристоф на мгновение замялся, не зная, что ответить.

- Э-э-э… Неправда.

Рапира описала широкую дугу в воздухе и чуть не задела графа. Алана в негодовании сплюнула.

- Убирайся, и боле никогда сюда не возвращайся, - шепотом сказала княжна. Было видно, как она с трудом сдерживает свой гнев. – Не то ты горько пожалеешь об этом...

- Алана…

- Пшел вон!